Спирин александр владимирович росатом

ТАСС, 30 декабря. Основатель Института белка Российской академии наук (РАН), молекулярный биолог Александр Спирин умер на 90-м году жизни. Об этом институт пишет на своем сайте.

Прощание с академиком состоится 3 января 2021 года, о времени будет сообщено позднее.

Александр Спирин – специалист в области биохимии и молекулярной биологии. Он первым сформулировал общие принципы организации макромолекулярной структуры РНК, а также открыл универсальную форму существования мРНК в эукариотических клетках – информосомы, внутриклеточные информационные рибонуклеопротеидные частицы. Центральное место в его исследовательской деятельности принадлежит рибосомам – синтезирующим белок макромолекулярным машинам клетки.

Спирин – действительный или иностранный член академий около десяти стран – Национальной академии США, Американского философского общества, Европейской академии, Германской академии естествоиспытателей “Леопольдина”. Спирин написал более 300 научных публикаций в отечественных и международных журналах и сборниках, а также более 10 монографий.

“Мы также знаем Александра Сергеевича Спирина как отзывчивого наставника, всегда готового поделиться своими огромными профессиональными знаниями и дать мудрый совет. Таким его образ навсегда останется в нашей памяти”, – пишут коллеги ученого.

Государственная корпорация по атомной энергии «Росатом» объединяет более 350 предприятий и научных организаций, в числе которых все гражданские компании атомной отрасли России, предприятия ядерного оружейного комплекса, научно-исследовательские организации и единственный в мире атомный ледокольный флот. Госкорпорация «Росатом» является крупнейшей генерирующей компанией в России, которая обеспечивает более 40% электроэнергии в европейской части страны. Росатом занимает лидирующее положение на мировом рынке ядерных технологий, занимая 1 место в мире по количеству одновременно сооружаемых АЭС за рубежом; 2 место в мире по запасам урана и 5 место в мире по объему его добычи; 4 место в мире по генерации атомной электроэнергии, обеспечивая 40% мирового рынка услуг по обогащению урана и 17% рынка ядерного топлива.

Читайте также:  Контрагент ооо трансконсалтинг

Генеральный директор Госкорпорации «Росатом» – Алексей Лихачев.

Госкорпорация обеспечивает проведение государственной политики и единство управления в использовании атомной энергии, стабильное функционирование атомного энергопромышленного и ядерного оружейного комплексов, ядерную и радиационную безопасность. На нее возложены также задачи по выполнению международных обязательств России в области мирного использования атомной энергии и режима нераспространения ядерных материалов. Создание Госкорпорации «Росатом» призвано способствовать выполнению федеральной целевой программы развития атомной отрасли, обеспечить новые условия для развития ядерной энергетики, усилить имеющиеся у России конкурентные преимущества на мировом рынке ядерных технологий.

Мишустин принял участие в церемонии приемки ледокола “Арктика”

МУРМАНСК, 21 октября. /ТАСС/. Головной универсальный атомный ледокол “Арктика” проекта 22220, построенный на Балтийском заводе, передан госкорпорации “Росатом”.

Торжественная церемония с подписанием акта приемки и поднятием на судне российского флага прошла в среду в присутствии премьер-министра РФ Михаила Мишустина во время его рабочей поездки в Мурманскую область.

Акт приема-передачи подписали гендиректоры “Атомфлота” Мустафа Кашка и Балтийского завода Алексей Кадилов.

Новые российские ледоколы

Атомный ледокол “Арктика” – первый из серии 22220, был заложен на Балтийском заводе (входит в “Объединенную судостроительную корпорацию”, ОСК) 5 ноября 2013 года, спущен на воду 16 июня 2016 года. На прошлой неделе, 12 октября, ледокол “Арктика” прибыл в порт приписки Мурманск из Санкт-Петербурга после успешно проведенных ледовых испытаний.

Помимо “Арктики”, в серию войдут еще четыре ледокола: “Сибирь”, “Урал”, “Якутия” и “Чукотка”. Планируемые даты их ввода в эксплуатацию: 2021, 2022, 2024 и 2026 годы.

Уникальная двухосадочная конструкция позволяет использовать атомоходы проекта 22220 как в глубокой воде, так и в устьях полярных рек. Это преимущество делает судно универсальным и увеличивает географию его эксплуатации. Серия принципиально новых атомных судов проекта 22220, созданных для решения стратегических задач по освоению и развитию Арктики, обеспечит круглогодичную навигацию в западном районе Арктики, что позволит достигнуть необходимого уровня грузоперевозок по СМП. Также сейчас осуществляется строительство головного ледокола проекта 10510 “Лидер”, ввод в строй которого ожидается в 2027 году.

В новость были внесены изменения (16:43 мск) – лид приводится в новой редакции.

Спирин александр владимирович росатом

На должность генерального директора АО «Концерн Росэнергоатом» (Электроэнергетический дивизион Госкорпорации «Росатом») назначен первый заместитель генерального директора по эксплуатации АЭС АО «Концерн Росэнергоатом» Александр Шутиков.

Он будет отвечать за повышение эффективности и безопасности эксплуатации российских АЭС.

Андрей Петров, занимавший до него должность генерального директора генерирующей компании с 2015 года, назначен на должность первого заместителя генерального директора по атомной энергетике Госкорпорации «Росатом» и президента АО «АСЭ» (Инжиниринговый дивизион Росатома).

Он будет отвечать за достижение целей по повышению доли атомной энергетики в энергобалансе страны, повышение эффективности генерации электроэнергии, а также за сооружение АЭС в России и за рубежом.

Спирин александр владимирович росатом

Александр Викторович Шутиков родился в 1961 году. Окончил Томский политехнический институт. Кандидат технических наук. В 1984 – 1987 гг. – инженер управления производством Красноярского горно-химического комбината. В 1987 – 1991 гг. – старший инженер управления реактором, начальник смены реакторного цеха, начальник смены блока Хмельницкой АЭС. В 1991 – 2009 гг. – начальник смены филиала ФГУП Концерн «Росэнергоатом» «Балаковская АЭС», заместитель главного инженера по эксплуатации филиала ФГУП Концерн «Росэнергоатом» «Балаковская АЭС», главный инженер филиала АО «Концерн Росэнергоатом» «Балаковская АЭС». В 2009 – 2015 гг. – первый заместитель директора по производству и эксплуатации АЭС, заместитель генерального директора – директор по производству и эксплуатации АЭС АО «Концерн Росэнергоатом».

С апреля 2015 г. – первый заместитель генерального директора АО «Концерн Росэнергоатом». (06.04.2015 первый заместитель генерального директора, 06.07.2015 – первый заместитель генерального директора по эксплуатации АЭС в РФ, 01.08.2016 – первый заместитель генерального директора по эксплуатации АЭС).

Шутиков А.В. награжден медалью ордена «За заслуги перед Отечеством» II степени (2015 г.), Почетной грамотой Президента Российской Федерации (2020 г.)

Награжден нагрудным знаком «Академик И.В. Курчатов» 4 степени (2007 г.), нагрудным знаком «Академик И.В. Курчатов» 3 степени (2010 г.), знак отличия «Е.П. Славский» (2017 г.), знаком отличия «За заслуги перед атомной отраслью» 2 степени (2014 г.), знаком отличия «За вклад в развитие атомной отрасли» 1 степени (2022 г.). Имеет благодарность руководителя Федерального агентства по атомной энергии (2005 г.). Имеет Почетное звание «Заслуженный энергетик СНГ» (2013). Награжден серебряной медалью Концерна «Росэнергоатом» «За заслуги в повышении безопасности атомных станций» (1997 г.), золотой медалью Концерна «Росэнергоатом» «За заслуги в повышении безопасности атомных станций» (2008), медалью «За заслуги в развитии концерна «Росэнергоатом» I степени (2017 г.), медалью «За заслуги в развитии концерна «Росэнергоатом» II степени (2018 г.), медалью «Б.В. Антонов. За культуру безопасности» (2021 г.). Награжден юбилейной медалью «50 лет атомной энергетике России» (2004 г.). Имеет знак отличия «Ветеран атомной энергетики и промышленности « (2008 г.). Награжден почетной грамотой Концерна «Росэнергоатом» (2006, 2008 г.), Почетной грамотой АО «Концерн Росэнергоатом» (2022 г.), Благодарностью генерального директора Концерна «Росэнергоатом» (2002, 2005, 2011, 2012, 2013 гг.).

Спирин александр владимирович росатом

Мы, атомщики, связаны одной целью. Важнейшей. Эта цель – военная и энергетическая безопасность государства. Ради нее в тайге, на болотах с нуля строились города, в кратчайшие сроки возводились предприятия, совершались выдающиеся научные открытия. Многие из нас с гордостью называют себя гражданами большой страны – «страны Росатом». Именно так называется почетный знак, который этим летом начали вручать жителям «атомных» городов России. Прокомментировать эту инициативу Общественного совета Госкорпорации мы попросили старейшину атомной отрасли, председателя Межрегионального общественного движения ветеранов атомной энергетики и промышленности Владимира Огнёва.

Спирин александр владимирович росатом

– Владимир Александрович, как Вы оцениваете саму идею проекта «Гражданин страны «Росатом», почему решили его поддержать?

– Думаю, это в высшей степени правильное начинание, которое мобилизует в атомной отрасли самых, я уверен, лучших людей различного вида деятельности и разных возрастов. И когда я говорю, «в отрасли» – я имею в виду всех жителей наших городов. Потому что в обеспечении государственного суверенитета, военной и экономической безопасности участвуют не только работники нашего ядерно-оружейного и атомно-энергетического комплекса, но и учителя, врачи, рабочие, все жители «атомных» городов.

Проект «Гражданин страны Росатом» дает возможность активным жителям атомградов внести посильный вклад в развитие своих городов. Этот проект призван объединить самых неравнодушных, активных горожан. Самоидентифицируясь как граждане нашей общей «страны Росатом», они воплощают в жизнь то, о чем говорил еще Достоевский, «всеединство», объединение близких по духу людей.

– Почетный знак не имеет какого-то материального выражения. В прежние годы это было не так важно, но тогда и люди были другие. Как воспринимают эту награду ее обладатели сегодня?

– Я уже вручил не одну сотню знаков с удостоверением «Гражданина страны «Росатом». И в каждом городе, везде у людей чувствовалось искреннее чувство благодарности. А у ветеранов глаза загорались по-молодому! Абсолютное большинство горожан, получая знак «Гражданин страны «Росатом», гордятся им.

Хотел бы также, пользуясь возможностью, сказать слова благодарности ветеранам. Наши ветераны – уникальные люди, они – поколение победителей, создававших нашу отрасль. Конкурс видеоинтервью «Слава созидателям», проводимый под эгидой Общественного совета госкорпорации «Росатом», имеет своей главной целью передать современной молодёжи гордость ветеранов за нашу атомную отрасль, сделать молодое поколение сопричастным к великим вехам нашей истории.

В сентябре в большинстве наших городов пройдёт первый в России Парад созидателей, героями которого будут ветераны не только атомной отрасли, но и строители, врачи, учителя – люди, чья трудовая биография связана с «атомными» городами. Приглашаю всех жителей наших атомградов принять в нём участие. Ведь все мы – граждане страны Росатом!

– Вы часто говорите о том, что наша отрасль зиждется на трех «заповедях Завенягина». О чем идет речь?

– Это человек-легенда, который возглавлял наше первое главное управление, был министром среднего машиностроения СССР. И он оставил нам заповеди, которые наиболее полно характеризуют время первопроходцев, время подвига. Он говорил так:

«1. В самых тяжелых условиях – максимальный труд». А условия были тяжелейшие! Чего стоит один красавец Зеленогорск, построенный в болотах, вдали от Красноярска, создать такое чудо!

«2. В самых сложных ситуациях помогают только нетрадиционные решения». В то время, когда отрасль только создавалась, традиционных решений просто не существовало.

«3. Молодежь – больше плюс, чем минус». Наша молодёжь – самая талантливая, любящая Отечество, с духом патриотизма. Ребят просто нужно повести в правильном направлении, увлечь, создать возможности для роста.

– Получается ли донести эти идеи до современной молодёжи?

– А как же! Это же не просто молодежь, это лучшая молодежь страны!. Ведь на наши комбинаты сейчас, как и раньше, попасть совсем не просто! Поэтому естественно, что знаком «Гражданин страны «Росатом» отмечаются и многие представители молодого поколения, уже получившие общественное признание, как состоявшиеся лидеры своих коллективов.

– Ещё одна цель данного проекта – объединить всех жителей атомградов. Наверное, это самое главное, ради этого все затевалось. На наших глазах налаживается диалог всех активных людей в «атомных» городах, что пока никому еще не удавалось. Политические партии были отдельно, профсоюзы отдельно и т.д. А здесь впервые собирается авторитетный городской актив, объединяющий разные профессии и поколения, где старшие смогут передавать свой опыт молодёжи. И это очень важно. Создается та самая общность людей, которую мы называем гражданами страны Росатом.

Спирин александр владимирович росатом

– А Вы сами себя ощущаете гражданином страны «Росатом»? Что для вас самого означает принадлежность к атомному сообществу? Профессия, образ жизни, призвание, судьба?

– Вы знаете, ответ на этот вопрос я формулирую все 48 лет, что работаю в атомной отрасли. Полагаю, что чувствую ритм жизни Корпорации. Нас, атомщиков, выделяет высочайшая ответственность к своему делу и профессионализм. Но, знаете, для меня всегда был важен еще один вопрос: а достойны ли мы тех великих людей, которые создали отрасль?

Уверен: да, мы держим их знамя в твердых руках. Сегодня «Росатом» – это отрасль, которой нет равных, это самая эффективная Госкорпорация в стране, о чем сказал Президент России. У нас портфель заказов на уровне 110 миллиардов, у нас 36% международного рынка по обогащению урана, 30% рынка стабильных изотопов, 17% поставок ядерного топлива. Мы лидеры мирового рынка! Чтобы не терять темпов развития, нам нужно пускать один энергоблок в год в своей стране, мы же одновременно строим восемь блоков! Представляете, что это такое?

– Значит ли это, что есть не только повод гордиться своим прошлым, но и уверенно смотреть в будущее?

– Именно! У атомщиков есть не только своя, собственная гордость – за самую высокотехнологичную и эффективную отрасль в стране. У нас есть главный, самый сильный союзник – Президент России.

Владимир Путин последовательно поддерживает атомную отрасль. У нас, атомщиков, с президентом общие цели, задачи и даже общие оппоненты. И общая главная цель – сильная и единая Россия.

А чтобы добиться этой цели, важно не сбиться с пути. 18 сентября пройдут очень важные выборы для всех нас. Поэтому не только нам, атомщикам, очень важно, чтобы у президента в Государственной Думе нового созыва была политическая сила-союзник, но и жителям атомградов. Впереди – большая работа и инновационному развитию, и по модернизации наших производств, и по социально-экономическому развитию «атомных» городов.

Директор департамента по маркетингу и стратегии Иннохаба Росатома Алексей Спирин подробно и на примерах рассказывает, почему маркетинговые исследования нельзя использовать для принятия решения об открытии инвестпроектов и предлагает для них более подходящую альтернативу: новую для российского рынка услугу бизнес-моделирования, которое позволяет в точности определить рыночные перспективы любого проекта.

Маркетинговые исследования нельзя использовать для принятия решения об открытии инвестпроектов. Сейчас я подробно и на примерах расскажу, почему это так.

Но для начала разберемся, зачем вообще нужны маркетинговые исследования.

Во-первых, их делают, чтобы показать привлекательность рынка, на который компания планирует выходить со своим товаром. Они дают общие представления об объеме, структуре и емкости рынка и помогают по большому счету понять, есть ли смысл выпускать товар. Например, компания планирует произвести установку по производству титановых порошков для 3D-принтеров мощностью 10 тонн, хотя, согласно маркетинговому исследованию, весь рынок составляет 6 тонн. Эта информация убедит руководителей проекта отказаться от создания большой установки в пользу маленькой.

Во-вторых, маркетинговые исследования помогают оценить масштабы рынка, его динамику, понять, как развиваются его сегменты. То есть они дают первичные данные для собственных расчетов компании.

В-третьих, маркетинговые исследования дают информацию о потребителях и конкурентах на рынке. Если эти данные корректно собраны и проанализированы, они полезны для «верхнеуровнего» понимания рынка. Но их категорически недостаточно для принятия решений об открытии инвестпроекта.

Ошибка большинства заказчиков маркетинговых исследований заключается именно в том, что их используют для принятия инвестрешений. Обычно эта схема работает следующим образом. Компания заказала маркетинговое исследование, которое показало, что рынок продукции N составляет 10 млрд рублей, при этом он растет на 5% в год и на нем есть столько-то производителей и столько-то потребителей.

Что дальше делают с этой информацией? Руководитель проекта делает предположение, что, когда компания выйдет на рынок, он заберет себе 10% всего рынка. Отмечу в скобках: число 10 обладает невероятной магический силой: если люди не знают точно, сколько, всегда говорят: десять.

Соответственно, в нашем примере менеджеры компании подсчитывают: 10% от 10 млрд – это 1 млрд рублей. И дальше компания решает, устраивает ли ее такой объем продаж или нет, и на основе этих данных принимает решение о запуске инвестпроекта.

Очевидно, что так делать нельзя.

Даже если емкость рынка в действительности составляет 10 млрд рублей, это число может не иметь к вашему проекту никакого отношения. Ваш продукт вообще может не подходить рынку в силу своей специфики, и тогда ни о какой умозрительной доле в 10% и речи не идет.

Так было в проекте, с которым мы недавно работали. Компания Росатома планировала начать производить железооксидные пигменты и заказала маркетинговое исследование. Это исследование гласило, что потенциальный объем российского рынка таких пигментов составляет 40–50 тыс. тонн. При этом общем рынка в 2021 г. составлял 33,4 тыс. тонн, и со стороны строительного сектора наблюдался растущий спрос.

На основе этих данных руководители проекта рассчитывали запустить производство мощностью 7 тыс. тонн в год.

Маркетинговое исследование также гласило, что есть китайские производители, которые предлагают товар плохого качества по низкой цене, и есть европейские с товаром хорошего качества по высокой цене. Руководители проекта сделали вывод, что, поскольку из Европы пигменты привозить теперь нельзя, они заместят собой долю рынка, которую занимали европейцы.

Что оказалось в итоге

Когда мы стали проверять рынок, выяснилось, что коллеги-маркетологи заложили в общий объем рынка очень разные типы пигментов, которые, по сути, представляют собой совершенно разные продукты. Так что на самом деле весь доступный рынок интересующей нас продукции составлял всего лишь 15,9 тыс. тонн.

И другие выводы маркетингового исследования тоже не соответствовали реальности. Например, оказалось, что нет строгой страновой разбивки по качеству продукции, есть просто линейка производителей, включая китайских, которые выпускают продукцию разного качества по разным ценам.

В итоге мы не только скорректировали фактическую оценку рынка и предоставили точные данные по ценовым диапазонам, но и проверили продуктовые гипотезы проекта через общение с клиентами. Это позволило нам сделать однозначный вывод: выход на рынок нецелесообразен, проект не будет окупаемым.

А вот еще несколько опасных особенностей маркетинговых исследований.

Маркетологи сравнили продукцию разных поставщиков по определенному набору параметров. Заказчик исследования смотрит на таблицу сравнения и говорит: «У конкурентов чистота порошка 99%. Моя технология позволяет получать порошок чистотой 99,9%». Или: «У конкурентов толщина 0,5, а я буду делать 0,05», и т.д. И никто не задается вопросом, нужна ли такая чистота и толщина потребителю, что поменяется у потребителя, если он начнет использовать более чистый порошок, готов ли он за это заплатить. А это чрезвычайно важно, потому что если показатель не имеет значения для потребителя, то и конкурентным преимуществом он не является!

Маркетинговое исследование может быть более или менее полезным, но его точно нельзя использовать для принятия решений об открытии инвестпроектов.

Теперь о том, что мы как «Иннохаб Росатома» предлагаем в качестве альтернативы классическим маркетинговым исследованиям.

Мы разработали новую услугу – бизнес-моделирование, которое представляет собой более точную альтернативу маркетинговым исследованиям. Бизнес-моделирование заточено под конкретные нужды заказчика. Мы свое исследование рынка проводим не в «вакууме»: в основе всегда лежит продукт.

Мы очень глубоко погружаемся в технологии и никогда не перепутаем декантирующую центрифугу с сепаратором, потому что работаем в плотной связке с профильными техническими специалистами. Плюс, мы всегда «примеряем» продукт к рынку и делаем выводы, верны ли изначальные предположения руководителей проекта о продукте и позволят ли они вывести продукт на рынок.

То есть мы делаем не только кабинетное исследование, но еще и полевую верификацию и проверку продуктовых гипотез. Это дает максимально точную оценку целевого для рынка и, в отличие от маркетинговых исследований, позволяет принимать инвестиционные решения.

Владимир Огнев: наша атомная бомба была сделана эффективней американской

интервью – авторы

7 495 645-6601

ФГУП МИА «Россия сегодня»

интервью – авторы, россия

Двадцатого августа, в день 75-летия российской атомной отрасли, в Москве в сквере у центрального здания госкорпорации “Росатом” состоится торжественная церемония открытия памятника легендарному Ефиму Славскому – человеку, при котором отечественная атомная наука и промышленность, имевшие неофициальное название Средмаш, стали одной из важных составляющих государства, его настоящей высокотехнологичной опорой.

— Владимир Александрович, многие ветераны атомной отрасли называют своего бывшего министра не иначе, как “Ефим Великий”. А какой эпитет подобрали бы вы?

— Ефим Павлович, я бы сказал на религиозный лад, это атомной отрасли чтимая икона. Это был символ успехов и побед отрасли. Безусловно, он был великим человеком. И он заслужил искреннее уважение людей, которое шло от самого сердца. Ефим Павлович Славский для меня, наверное, одно из лучших воплощений нашего народа. Вместе со своей страной он прошел длинный жизненный путь и везде проявил себя очень достойно.

Его память увековечена в разных городах нашей страны, в том числе в звании почетного гражданина, в памятниках, мемориальных досках и в названиях улиц. Имя Славского носит наше крупнейшее уранодобывающее предприятие в Забайкальском крае. И, наконец, высший знак отличия Росатома тоже называется “Ефим Славский”. И очень правильно, что памятник Ефиму Павловичу откроют в день юбилея отрасли у того здания в Москве, где он почти 30 лет проработал в должности ее руководителя, на посту министра среднего машиностроения СССР.

Спирин александр владимирович росатом

Памятник главе атомной отрасли СССР Славскому откроют в Москве 20 августа

— Как вы полагаете, почему именно Славский в числе других руководителей попал в советский атомный проект?

— Я объясню. И для этого сначала посмотрим на биографию Ефима Павловича. Он родился в Макеевке на Донбассе в 1898 году и с 10 лет был пастухом. А в 13 лет уже работал в литейном цехе на Макеевском металлургическом заводе. Когда началась Первая мировая война, мужских рабочих рук на заводе перестало хватать, поэтому в цеха брали совсем юных людей. Ефим Павлович с детства отличался недюжинной силой и выносливостью, поэтому ему поручили обрабатывать корпуса артиллерийских снарядов.

Далее, Ефим Павлович с 18 лет участвовал в Гражданской войне. Закончил ее комиссаром полка Отдельной Особой кавалерийской дивизии Первой конной армии. Он обладал беспримерным мужеством и был очень отчаянным человеком – кстати, это потом проявится и в работе в атомной отрасли. Благодаря своей храбрости Славский был известен легендарным командирам Семену Буденному и Михаилу Фрунзе.

В 1928 году он пошел учиться, в 1933 году закончил Институт цветных металлов и золота. После института его направили на работу на завод “Электроцинк” в Орджоникидзе, ныне Владикавказ, и там он довольно быстро прошел путь от простого инженера до директора, был на хорошем счету у руководства в Москве. И карьера его развивается успешно — в 1940 году Ефим Павлович возглавляет Днепровский алюминиевый завод в Запорожье. Это был крупнейший алюминиевый завод страны — в 1941 он выдавал две трети отечественного алюминия. И там он показал себя настолько успешно, что был назначен заместителем наркома цветной металлургии. Произошло это за неделю до начала войны. Ефиму Павловичу дали задание эвакуировать Днепровский алюминиевый завод на Урал. И он под огнем немецкой артиллерии организовал вывоз всего оборудования и ушел оттуда самым последним. За это он получил свой первый орден Ленина.

Все оборудование было вывезено в Каменск-Уральский. И на базе тамошнего завода надо было развернуть предприятие по выпуску алюминия. Как оказалось на тот момент, это был единственный в стране алюминиевый завод, потому что три остальных завода остались за чертой фронта. По сути, на плечи Славского выпала задача обеспечить страну алюминием — стратегическим, поистине бесценным металлом прежде всего для авиации. И он в короткий период времени добился, чтобы этот завод не только начал работу на новом месте, но и с 20 тысяч тонн алюминия стал выпускать 75 тысяч тонн металла. За это он получил еще два ордена Ленина. Война закончилась, и Ефим Павлович, как и планировалось до войны, становится заместителем уже наркома цветной металлургии.

— Да, и началось оно для него в 1946 году, когда Игорь Васильевич Курчатов предложил кандидатуру Славского для организации производства сверхчистого графита для наших первых ядерных реакторов. Но все же надо вспомнить, какие обстоятельства привели Славского в атомный проект и почему именно такие люди, как он, оказались в числе его руководителей. В 1945 году американцы сначала испытали свою атомную бомбу, потом совершили атомные бомбардировки Хиросимы и Нагасаки.

— По существу, те геополитические преимущества, которые СССР получил после победы в Великой Отечественной войне, попросту растаяли за три месяца.

— Выходило, так. Положение для нашей страны, разоренной войной, было критическое. И ситуацию надо было срочно исправлять. Работы по созданию нашего атомного оружия шли и до лета 1945 года, но не быстро. И положение надо было срочно наверстывать в мобилизационном порядке. Американцы считали, что мы сможем сделать бомбу не менее, чем за 10 лет. Этого времени у нас не было — американцы постоянно наращивали планы атомной бомбардировки СССР.

И нужно было собрать лучших людей от рабочих до академиков, исследователей, инженеров, технологов, проектировщиков, самых лучших, чтобы они в кратчайшее время совершили невиданный рывок. Именно невиданный, потому что ничего подобного по своей сложности в истории нашей страны не делалось ни до, ни после атомного проекта.

Та ситуация хорошо характеризуется высказыванием Сталина, который, направляя на работу в Таджикистан для организации добычи урана Бориса Чиркова, руководителя создававшегося там первого нашего уранового комбината, сказал: “Для ученых, инженеров и для вас, товарищ Чирков, поставлена задача, по напряжению и ответственности равная усилиям военного времени”. Это вспоминал сам Чирков.

Спирин александр владимирович росатом

Эксперт: Россия сможет в короткие сроки восстановить ядерные полигоны

— Но ведь для того, чтобы решить такую задачу в условиях жесточайшего цейтнота, надо было прежде всего подобрать управленцев, которые организовали бы дело. Причем подобрать сразу, безошибочно, ведь времени исправлять неудачный выбор не было бы.

— Абсолютно правильно. Главное, что люди должны были уметь не просто работать в экстремальных мобилизационных условиях, но в самые сжатые сроки принимать нестандартные решения, иметь волю отстаивать их перед руководством и брать на себя личную ответственность за их выполнение. И этим условиям как раз отвечали руководители предприятий военных лет.

И тут надо вспомнить, кто 20 августа 1945 года был назначен Сталиным главой вновь созданного Специального комитета, от имени руководства страны курировавшего атомный проект, — Лаврентий Берия, на тот момент народный комиссар внутренних дел. Но мало кто вспоминает о том, что Берия в годы войны также курировал всю оборонную промышленность. И знал, кто и как из директоров заводов может работать.

— А вот доводится иной раз читать, что Берия был назначен руководить атомным проектом как раз для того, чтобы держать исполнителей в страхе неизбежной кары за неудачу.

— Ну это полная ахинея. И притом бездоказательная. Во-первых, на этот счет нет никаких намеков ни в каких архивных документах. Во-вторых, Берия с поста наркома НКВД был довольно скоро освобожден и целиком сосредоточился на атомной проблеме. В-третьих, уж сколько я общался с разными сотрудниками отрасли, ветеранами атомного проекта из разных институтов, с разных предприятий, я ни от кого из них не слышал, чтобы они работали под каким-то дамокловым мечом. Давайте задумаемся, разве в состоянии страха можно заниматься творческой работой, делать открытия? Нет, конечно. Но создание нашей атомной отрасли – это плод колоссальной по напряжению, но при этом творческой работы не просто профессионалов высшего класса, но и патриотов из поколения победителей. И вот этот дух победителей удалось превратить в дух созидателей. И страна без преувеличения еще раз совершила подвиг. А кто-то все время хочет найти в этом плохое.

Да вот вам пример самого Славского. В 1947 году он был назначен директором строившегося на Южном Урале завода №817, первого нашего комбината по производству оружейного плутония в будущем Челябинске-40, сейчас это всем известное предприятие “Маяк” в Озерске. Строительство шло очень трудно – ведь столь технологически сложного объекта в истории нашей страны до этого не было. И графики строительства срывались из-за поставщиков – то одного от них не было, то другого. И Ефима Павловича сняли с должности директора, этот вопрос решался Берией. Но ведь не отправили в места не столь отдаленные, как кто-то может подумать, а перевели на должность главного инженера завода, где Славский отвечал за техническое руководство работами по строительству, монтажу и пуску в эксплуатацию первого в стране реактора для наработки оружейного плутония.

Спирин александр владимирович росатом

Программу по атомной науке и технологиям будут выполнять как нацпроект

— То есть человеку доверяли, понимая, что трудности носили объективный характер.

— Об этом и речь. Я вам более того скажу – до войны, когда Славский работал в Орджоникидзе, его же исключали из партии за дружбу с троцкистом. Был, что называется, на грани, но, говорят, за него заступился сам Буденный — первоконники своих не сдавали, и Славского восстановили в правах. И тот случай потом Ефиму Павловичу не вспоминали. А в итоге, после испытания нашей первой атомной бомбы в 1949 году, Славский получил первую из своих трех звезд Героя Социалистического Труда.

Оценкой создания атомного оружия со стороны руководства страны за все годы стали девять трижды Героев Соцруда, восемь дважды Героев, 264 Героев Соцтруда, 14 Героев Советского Союза. Ни в одной отрасли такого нет. И если сравнивать богатую Америку, заработавшую на Второй мировой войне, и нашу страну, то надо признать, что с точки зрения использования имевшихся ресурсов наша атомная бомба была сделана эффективнее.

— В свое время в нашей стране по указу президента вышел уникальный многотомный сборник архивных документов по истории атомного проекта СССР. Кстати, такого сборника нет ни у одной другой отрасли. Так вот, в тех документах бросается в глаза скорость принятия управленческих решений.

— Очень верная ремарка. Это как раз было одной из ключевых особенностей работы тех лет. Специальный комитет собирался на свои заседания для предельно конкретного, делового обсуждения тех или иных вопросов, решения проблем. По итогам того или иного заседания немедленно готовили проект постановления Совета министров, спустя буквально считанные дни этот документ подписывал Сталин, и начиналось его выполнение.

Был проектный метод организации работы. Никто ничего не согласовывал месяцами, иначе так быстро бы дело не сделали. Все люди на всех стадиях были на редкость ответственны. У новой атомной отрасли было право отбора лучших кадров. Принцип “кадры решают все” — он же в той или иной форме известен с египетских времен. Для отрасли вузы страны целенаправленно готовили необходимых и самых лучших специалистов. И приходящую молодежь не направляли в какой-то “золотой резерв”, нет, она сразу вступала в дело. Они были очень талантливы и умели работать, им была обеспечена широкая поддержка. Потом из этих людей вырастали академики, Герои Соцтруда.

У нас в результате была создана и самая лучшая система работы с кадрами в стране, я ничуть не преувеличиваю. Подготовке руководителей для самых разных должностей уделялось колоссальное внимание. На каждую руководящую должность был резерв, состоящий из не менее чем двух человек. Ну а сам Ефим Павлович после работы на Южном Урале переехал в Москву – сначала заместителем министра среднего машиностроения, а в 1957 году стал министром, возглавил всю атомную отрасль, которая так и называлась среди ее работников и тех, кто с ней сотрудничал, Средмаш.

— Средмаш именовали “государством в государстве”.

— И для этого были полные основания. При Славском были созданы самые лучшие, самые уникальные организации, как промышленные, так и научно-технические. Я вновь и вновь произношу эпитет “самые”, но поверьте, все так и было. В отрасли были сосредоточены все технологические переделы, начиная с горнодобывающей промышленности. Была создана исключительно мощная научная база. Недаром Славский сам говорил: “У нас в Средмаше своя Академия наук”. Были созданы производства, комбинаты, заводы, которые работали на основе доселе неизвестных технологий. Не случайно Средмаш в свое время назвали отраслью быстрого прорыва, потому что он мог отвечать на любой технологический вызов. А наши “закрытые” атомные города с их неповторимой эстетикой? Это же отдельный разговор. Там были созданы очень достойные условия для жизни.

— Сейчас есть много воспоминаний людей, которые создавали атомную отрасль. И меня, признаться, среди этих мемуаров поразила одна вещь – рассказ о том, как в одном из поселков на месте будущего Челябинска-40 при Славском открывали первый деревянный театр. То есть города как такового еще нет, а театр создан. И ведь никто же из Москвы не закричал на руководителей завода: “Что вы там себе позволяете, на что вы деньги тратите, сначала давайте плутоний, а потом в театры ходите!”

— А такого окрика и быть не могло. Ведь все понимали, что людям это нужно. Более того, если вы посмотрите, у нас в большинстве атомных городов год их образования и год создания там театра один и тот же. Культурному делу уделялось очень серьезное значение, потому что руководство понимало, что для людей, в первую очередь занятых напряженным умственным трудом, нужно было не просто отдохнуть, но и духовно подпитываться. И как тут обойтись без театров, домов культуры?

Спирин александр владимирович росатом

“Росатом” выведет из эксплуатации установку для получения плутония У-5

Идем дальше. В атомной отрасли были первые в стране детские сады с плавательными бассейнами. Мы могли обеспечивать себя и по части сельского хозяйства – у нас были лучшие отраслевые подсобные хозяйства в стране, урожаи зерновых намного выше средних. Средмаш благодарили в ЦК КПСС за такие удивительные вещи. И все это под руководством Славского. Он прекрасно понимал, что если создать людям условия, обеспечить быт, то они реализуют все свои способности в работе. Да, Славский был очень строгий, но притом справедливый и заботливый.

А здравоохранение? Именно при Ефиме Павловиче была создана отечественная радиационная медицина. В отрасли были, наверное, лучшие медсанчасти. Медицинским обеспечением Средмаша занималось Третье главное управление при Минздраве СССР, сейчас это ФМБА. Кстати, один из корифеев нашего атомного проекта Анатолий Петрович Александров, будучи президентом Академии наук СССР, однажды лег на операцию не в “кремлевку”, как ему было положено по статусу, а в больницу Средмаша. У нас лечились и ракетчики, и люди из космической отрасли, поэтому выражения “государство в государстве”, “атомная империя” были абсолютно применимы к Средмашу. Но наша отрасль дала колоссальный импульс развитию всей страны. Из атомного проекта выросли целые новые направления в материаловедении, вычислительной математике и ЭВМ, физике и химии. Ефим Павлович очень гордился строительно-монтажным комплексом Средмаша. И наши строители помогали строить многие объекты для других отраслей. Два Академгородка – Новосибирский и Томский – построены Средмашем.

— Владимир Александрович, вы в свое время были выбраны на службу в центральный аппарат министерства среднего машиностроения, при Славском были заместителем начальника управления делами министерства, неоднократно напрямую общались с министром. Каким в личном плане вам запомнился Ефим Павлович?

— Он великолепно знал и понимал все, чем занимался Средмаш, все технологические переделы. Раз в год он объезжал, облетывал все предприятия. И чтобы работать рядом со Славским, надо было досконально знать дело. Боже упаси показать свою некомпетентность в чем-то. Я вот до сих пор вспоминаю такой случай – вызывает меня Славский к себе в кабинет: “Слушай, там у одного уважаемого человека, такого-то, будет юбилей. Надо поздравительный адрес написать”. “Хорошо, Ефим Павлович, сделаем”. Выхожу из кабинета и начинаю думать: “А кто это такой? Откуда?” Начинаю спрашивать в министерстве, на каком предприятии? Не знают.

— Сейчас это в интернете запросто можно найти.

— Да и то не всегда. И только наконец один из старых ветеранов Средмаша сказал: “Слушай, а это не тот, с которым они чуть ли не в Гражданскую войну в Первой конной воевали?”. Я начал выяснять, и точно — он. Обошлось. Понимаете, ну нельзя было Славскому такие вопросы задавать: “Ефим Павлович, а кто этот человек?”. Это же означало сразу показать свою профнепригодность.

Славский всегда отстаивал свою точку зрения на любом, даже высшем уровне. Как-то раз было совещание в ЦК КПСС, где собрали руководителей министерств, относившихся к оборонно-промышленному комплексу, и стали говорить о необходимости усилить их работу на экспорт. Укоряли, что мало работают для поставок за границу. И эту укоризну в том числе лично адресовали Ефиму Павловичу. А он в ответ сказал: “У нас вся продукция на экспорт!”, имел в виду ядерное оружие.

— Причем с бесплатной доставкой адресату.

— Встречаются мнения, что Ефим Павлович по совокупности своих качеств мог быть и главой государства.

— Ну насчет всего государства не знаю, но правительство точно мог бы возглавить и быть ничуть не худшим премьером, чем те, кто были. Повторю, он мыслил масштабами не только отрасли, но и страны в целом.

Если еще говорить о Славском как о личности, это, бесспорно, был неформальный лидер в любом коллективе, но при этом он не подавлял своим авторитетом. Очень много знал – еще бы, с его колоссальным жизненным опытом. Его было очень интересно слушать. Был доброжелателен в общении. Любил хорошую шутку. Очень любил песню. Наша замечательная певица Валентина Толкунова вспоминала, как Славский ее расцеловывал, благодарил за выступления перед работниками отрасли. Знаете, любое качество настоящего человека, которое можно назвать, в нем присутствовало.

Что еще поражало окружающих, у Славского было колоссальное здоровье. Он ведь пускал все первые объекты в Челябинске-40 и вел себя там активно и решительно. Когда случались неполадки, он всегда личным примером поднимал людей на исправление ситуации и всегда при этом шел первым. Врачи подсчитали, что Славский за годы атомного проекта набрал полторы тысячи рентген, три смертельные дозы. Но выдюжил и поражал своей неутомимостью. И мог бы еще работать министром, если бы не Чернобыль.

— А при чем тут был Средмаш, если Чернобыльской АЭС управляли не атомщики, а энергетики?

— В том-то и дело, что станция действительно относилась к министерству энергетики и электрификации. В Средмаше с его полувоенной дисциплиной при эксплуатации объектов никогда бы не произошло того, что сделал персонал четвертого блока – люди просто не понимали, насколько опасным было то, что они творили в ту апрельскую ночь 1986 года.

Ну а Славского вызвали на самый верх и сказали, что ему надо уходить. Ефим Павлович приехал в министерство и в ответ синим карандашом написал заявление: “Прошу уволить меня из-за болезни уха”. Фактически его выгнали, не сказав ни единого доброго слова. Ну разве так можно было поступать с таким человеком? Ему же оставалось несколько месяцев до 30-летнего юбилея на посту министра.

Спирин александр владимирович росатом

“Невидимый фронт”: как разведка боролась с аварией в Чернобыле

— Доводится встречать такое суждение, что именно благодаря созданному во времена Славского фундаменту нашей атомной отрасли удалось лучше других отраслей преодолеть тяжелые времена, наступившие после распада СССР.

— Это так, но не только благодаря этому. Ведь этот фундамент едва не разрушили в самом начале девяностых годов. Тогда, сразу после распада СССР, оборонные отрасли начали одна за другой акционироваться, и нашу отрасль ждало то же самое. Но в данном случае речь шла о разделении не похожего на другие министерства атомной энергетики и промышленности как единого атомно-промышленного комплекса страны. А это означало бы разрушение всего ядерного оружейного комплекса.

Но поначалу три человека были против. Замминистра Виктор Никитович Михайлов, начальник главка по ядерному топливному циклу Евгений Ильич Микерин и бывший тогда директором Курчатовского института академик Евгений Павлович Велихов. Затем в защиту единства атомной отрасли выступили наши выдающиеся специалисты из ядерного оружейного комплекса во главе с научным руководителем Саровского ядерного центра академиком Юлием Борисовичем Харитоном. И они вышли на руководство страны с обоснованием нецелесообразности акционирования атомной отрасли.

И в январе 1992 года на совещании в Кремле, посвященном будущему атомной промышленности, которое провел президент России Борис Ельцин, было принято решение о сохранении единой атомной отрасли. А вскоре Виктор Михайлов был назначен министром. Да, потом было тяжело, финансирование уменьшилось, производство уменьшилось. Но мы выстояли. И я могу с гордостью сказать, что в тот период отрасль на своих плечах вытащили ее ветераны.

Вообще, должен сказать, что нам все время везло с руководителями. Виктор Михайлов не дал отрасли развалиться. Но с точки зрения ее перехода от сохранения к развитию ключевую роль, бесспорно, сыграло то, что президентом России на рубеже веков стал Владимир Путин. Наше счастье, что это произошло. Владимир Владимирович оказывал и оказывает всю необходимую поддержку атомной отрасли.

Ну а решающую роль во вписывании отрасли в структуру нынешних экономических отношений сыграл Сергей Кириенко. Президент ему доверил эту работу, и тот не подвел. Сергей Владиленович и сейчас остается вместе с отраслью, возглавляя наблюдательный совет Росатома. А в должности главы Росатома он проработал одиннадцать лет – больше него отраслью руководил только Славский.

— Интересно, а можете ли вы их сравнить?

— Могу. Я несколько лет писал проекты протоколов коллегий Росатома и рабочих совещаний под руководством Сергея Владиленовича. Я воочию видел его стиль работы и стал его верным сторонником. Во-первых, как у Славского, государственный масштаб мышления и так же, как у Ефима Павловича, стратегическое видение на годы вперед. Кроме того, очень высокий культурный уровень. Далее — будучи экономистом, финансистом, обладая большим объемом информации о том, что происходит в мире, Сергей Владиленович, зная, что идет на руководство отраслью, специально задолго готовился к этому, знакомился с предприятиями. Что еще, честно говоря, поражает – у него очень цепкое мышление, он с ходу все схватывает. И удивительная память. И он очень быстро вошел в курс дела и превратился в лидера, сделав Росатом конкурентоспособным на мировом рынке.

Достаточно перечислить основное – сейчас у Росатома контракты на 36 атомных блоков за рубежом. Портфель зарубежных заказов на 10 лет — под 140 миллиардов долларов. Первое место в мире по количеству одновременно строящихся энергоблоков за границей. Первое место в мире по обогащению урана, у нас самые передовые обогатительные мощности.

— Причем, как и в Средмаше, в Росатоме нет никакого почивания на лаврах?

— О чем речь! В этом мире надо постоянно искать новые возможности для совершенствования, чтобы оставаться конкурентоспособным. И речь не только о развитии нужных технологий, компетенций. У нас выстроена работа по подготовке производственных кадров. Ежегодный конкурс лучших специалистов Росатома это никоим образом не какая-то красивая формальность, а инструмент подготовки резерва отрасли.

Сейчас я руковожу межрегиональным общественным движением ветеранов атомной промышленности и энергетики и просто не могу не сказать о том, насколько бережно и уважительно в руководстве отрасли относятся к ветеранам. Это отличало и Сергея Владиленовича Кириенко, это делает и нынешний генеральный директор Алексей Евгеньевич Лихачев. Может быть, только у нас в отрасли есть такая мощная система, обеспечивающая поддержку пенсионеров, их социальную адаптацию. Я искренне благодарен Алексею Евгеньевичу за то, что он везде и всегда поддерживает ветеранов. И это тоже память о Славском, о поколении созидателей.

— Как вы считаете, Ефим Павлович гордился бы нынешними результатами российских атомщиков?

— Я скажу так. Разумеется, надо учитывать, что сейчас у атомной отрасли совсем другие условия работы, чем были при Славском. Но мы не прервали традиции Средмаша, мы их бережно сохранили и наполнили новым содержанием в новых условиях. И сейчас мы можем сказать перед ветеранами, которые помнят Славского, что мы дело Ефима Павловича сохранили и приумножили.

Спирин александр владимирович росатом

Павильон “Атом” планируют открыть на ВДНХ в 2021 году

— В прошлом году президент назвал создание новых видов вооружений одним из несомненных успехов нынешнего поколения атомщиков.

— Да. Причем гособоронзаказ Росатом регулярно выполняет полностью. В части мирного атома построены и действуют самые передовые в мире атомные энергоблоки, спроектированные, кстати, уже в нынешнем веке. В России работает единственная в мире плавучая атомная теплоэлектростанция. В состав Росатома вошел атомный ледокольный флот, у нас передовое атомное машиностроение, мы получили в свой состав ряд институтов. Росатом прирос и производством композитов – материалов, крайне нужных в разных сферах промышленности.

Далее, сейчас на Росатом возложено и освоение Северного морского пути – это тоже задача национального масштаба. Кроме того, за Росатомом закреплена и еще одна очень большая задача создания комплексной системы утилизации отходов первого и второго класса – это тоже общегосударственный уровень.

Поэтому я утвердительно отвечу на ваш вопрос. Да, Ефим Павлович гордился бы сегодняшними достижениями.

Хотите получать в Telegram уведомления о комментариях к этому посту? Перейдите по ссылке и нажмите “Старт”

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *